Начну слегка издалека. Я советский человек. Точнее, остаточно советский. Со всем набором стереотипов, комплексов, страхов и малой степени достоинств, присущих всем советским людям (не гражданам, а именно — людям). Я с удовольствием ем консервы, пью водку в поездах, люблю Магомаева, но напоказ предпочитаю что-то западное, не верю газетам и не верю в существование Америки. Называю Нижний Горьким, Рождественскую Маяковкой и так далее.

Я мало и плохо помню те несколько лет, пришедшие на далеко не самые характерные для советской истории годы: репрессированные в 38-ом, разочарованные в 60-е, задыхающиеся в конце 70-х повидали и испытали в сотню раз больше. Но мышление, образ жизни, идеалы и принципы ещё долгое время были теми же. Угар 90-х с ваучерами, пирамидами, танками в Москве, шпанской войной на улицах — очень советское явление.

Но уже и российское. Всё-таки я российский человек. Я любил гимн Глинки больше, чем гимн Александрова, я не понимаю, как можно любить поляков (только б Мартина не прочла!), я ненавижу турникеты и камеры хранения в супермаркетах, я даже стал дизайнером, а это — профессия-выкидыш современной российской действительности.

Мало кто из моих друзей был в детских лагерях. Некоторые даже вздыхают на эту тему: Эх, жаль, мол, не довелось. А мне довелось раз 5 съездить в выксунские края в галимый санаторий лагерь «Лазурный» (о котором у моего товарища Ильи Бармина весьма светлые воспоминания ввиду простого факта, он бывал там несколько раз в международную смену, а это почти никакого отношения к типичному отечественному лагерю не имеет, в обычные смены там делать нечего). Бывал и в других. Но однажды мне довелось попасть в «Звёздочку», что, не знаю, во многом ли или не во многом, но в общем-то повлияло на мою жизнь.

И тем более не знаю, есть ли в этом заслуга именно этого лагеря, именно тех людей, которых я там встретил. Просто в тот момент для меня «Звёздочка» стала местом, которое мне было нужно. Короче, это всё не передать тремя абзацами, это всё сложно объяснить. Просто хорошо, что так всё получилось. Хорошо, что я познакомился, подружился, огляделся, передумал, оценил, поумнел, наломал дров, полюбил, напился и протрезвел. Хорошо, что есть возможность каждый год приезжать на берег Узолы и вспоминать всё заново. Просто замечательно, что такое количество интересных, достойных, талантливых людей каждое лето бросают все дела и едут в городецкий район, берут отпуска, чтобы поработать комиссарами в смене, отказываются от путёвок в Турцию, чтобы увидеться со старыми друзьями.

Ладно, как всегда затянул. Теперь много-много фотографий с Дарьей, детьми, туалетами и чем-то ещё.

Поехали, как водится, большой компанией. Я вот ехал на дашкином лендровере. А чё?

Магуськин-самый-младший так улыбается в камеру

А папаша строит из себя телезвезду, а не простого рядового заурядного телеведущего, коим является

Дарья в приступе красоты

Среди нынешних комиссаров 4 бывших моих пионера

Маринка с дочкой. Мы с ней комиссарили. С Маринкой
 

У Тимохи Магуськина, которому всего два года, наблюдается склонность к тачкам, тёлкам и всяким гаджетам. Мой фотоаппарат — не исключение. Так он меня и сфоткал. Я в два года так не умел.

Солидный мужчина Автобус

Ещё один человек-телезвезда Рома Трофимов

А с Антипова рисовали персонажей «Магазинчика Бо»

Река Узола и её берег. Надо ж мне, идиоту, было врубить исо 1600 и на нём фотографировать?

Неподалёку был лагерь афганцев и каких-то их детей, на фотогафии у них построение

Место жительства

Надо сказать, что за эти несколько дней, которые я со своей девушкой провёл на берегу Узолы, фраза «Эх, хорошо!» была произнесена тысячу раз. Потому что было хорошо.

Главная городецкая достопримечательность. Сразу в табели после пряника и росписи

Шлюзы, Горе-море

Что-то забыл сказать. Не помню. Ну и наплевать.
 

В рубриках: Разное